Почему менструация — это #кіремес (не грязно)

Если бы в Казахстане было немного получше с чувством юмора (свободой слова и самовыражения, хочется продолжить мне), и мы бы составляли всякие анти-рейтинги, то я бы предложила 1000 и 1 вариант слов, о которых можно и нужно говорить. Но великий и ужасный Уят, погоняемый Обалом и Намысом (три кита, на которых держится национальное самосознание) сдерживает наши робкие попытки сделать жизнь женщин в Казахстане если не лучше, то хотя бы немного проще.

Почему менструация — это #кіремес (не грязно)

Одной из таких хороших и правильных инициатив был проект #кіремес, сделанный Cosmopolitan Kazakhstan совместно с BBDO CA. Рассказываю. В сентябре 2019 года мы запустили инициативу, чтобы заменить уничижительный перевод менструации «етеккір» (что дословно означает «грязный подол юбки») на более благозвучный вариант, который предложили выбрать народу (как единственному источнику власти, согласно Конституции РК). Для этого сентябрьский журнал Cosmopolitan вышел со специальной обложкой и разворотом, а на сайте kiremes.cosmo.kz развернулось онлайн-голосование с вариантами переименования явления «менструации» на казахском языке. Было предложено несколько: жаңару, айлықтар, менструация, кезең, тазару күндер. Участники выбрали оптимальный вариант путем голосования, им стало слово «жаңару», по аналогии с очищением организма. Суть данной инициативы была, конечно, в привлечении ВНИМАНИЯ к этой проблеме.

Разбор полетов

Своего, конечно, мы добились, но как водится — частично. И если у прогрессивного мира проект вызвал шквал одобрения и даже получил несколько престижных международных наград (2 бронзы на фестивале Red Apple 2020, 1 серебро, 1 бронзу и номинацию в шорт-лист на фестивале Red Jolbors), то при всем огромном охвате в 7,2 млн населения, 72 публикациях в СМИ, 127 873 участников самого голосования и даже митинге активистов, нашлись диванные батыры, которые воспротивились данной инициативе.

Казалось бы, что может быть естественней того, что женщины сами бы выбирали слова, которыми называть процессы, происходящие в ИХ организмах? И не слышать стыдливые эвфемизмы, вроде «гости из Кызылорды» или «киска запачкала мордочку»? Но нет. Нашлись те, которые решили, что мы занимаемся ерундой, когда в стране есть дела поважнее (эти всегда найдут дела государственной важности, на которые не могут ни повлиять, ни говорить о них). И те, которые ничего предосудительного и оскорбительного в слове «етеккір» не увидели.

Что же, давайте говорить языком фактов.

Матриархат «изжил» себя на периоде камни и бронзы, когда работоспособный мужчина был как вид ценнее женщины, каждый месяц кровоточащей и от того страдающей. Древняя женщина не могла крикнуть: «Отстань, у меня ПМС!», чтобы мужчина не то, что сострадал, но хотя бы поспешил избавить себя любимого от лишней траты нервов. И что Мужчина предпочел сделать? Конечно, воткнуть это нелицеприятное, но природное и от того неизбежное, явление в список постыдных и грязных делишек.

К примеру, в Уганде считается, что женщина во время месячных не должна пить молоко коровы, иначе все стадо заболеет. В Австралии существует поверье, что на купальщицу нападут акулы, если она зайдет в воду в «эти дни», а некоторых американок до сих пор пугают медведями, которые якобы учуют запах крови и начнут охоту на людей.

Практически все религиозные течения ограничивают менструирующих женщин, накладывая ряд запретов на то, чем она может заниматься в «чистые» дни. Отсюда абсолютно ясен и не требует детализации религиозный алгоритм запретов на аборты для женщин.

Менструальный активизм пришел из Запада, там на самость женщин начали смотреть радикально по-другому.

«Худшее проклятие, тяготеющее над женщиной, — это ее неучастие в военных походах: человек возвышается над природой не тем, что дает жизнь, а тем, что рискует жизнью, поэтому человечество дает предпочтение не рождающему полу, а телу убивающему», — пишет Симона де Бовуар в своей книге «Второй пол», объемном труде, памятнике западного феминизма и настольной книге для многих поколений женщин.

Среди заслуг западных феминисток — легализация абортов, свободная продажа контрацептивов под эгидой «Мое тело — мое дело».

По мнению профессора Массачусетского университета Бостана Криса Байбела, «менструальный активизм» начинается с мысли: «Подождите! Разве мы относимся к своим месячным как к чему-то грязному? Должны ли мы встречать первую менструацию у девочек тишиной? С этих вопросов начинается вызов».

Вместо вывода

Этим вопросом должны задаться и мы, когда видим негативную реакцию на половое просвещение среди школьников. Когда видим, что менструация в Казахстане называется етеккір на государственном языке. Когда видим растущее количество самоубийств у подростков, когда видим брошенных младенцев в мусорных баках. Ведь, вспомните? Вначале было слово. Это было слово #етеккір

Читайте также