18+
2 июня 2016

Прокат «Раненого ангела»: казахстанский зритель огорчает

Мировая премьера нового фильма казахстанского режиссера Эмира Байгазина «Раненый ангел» прошла на международном 66-м кинофестивале Берлинале 16 февраля этого года, куда он был отобран в основную программу. Азиатская премьера состоялась 2 мая в конкурсной программе кинофестиваля в Чонджу в Южной Корее. Там картина получила «Специальный приз жюри» (Special Jury Prize). Мировые критики уже написали множество хвалебных рецензий по поводу новой работы Байгазина. Также картину признали «визуально потрясающей».

И вот в начале мая состоялась долгожданная казахстанская премьера «Раненого ангела». У казахстанского зрителя появилась потрясающая возможность оценить картину, которая успела завоевать известность в Европе и Азии, получившая хорошие оценки кинокритиков. Но как отечественный зритель принял картину? Конечно, в эпоху комиксов, ремейков, ремейков ремейков и прочего мусора в кино сложно воспитать хороший вкус и оценить художественность, тем не менее у отечественного зрителя не оказалось даже элементарного любопытства: «Что же это за наше кино такое?».

Байгазин следил за прокатом своего фильма в Алматы и был огорчен тем, как его смотрел наш зритель. Режиссер вел дневник проката и поделился своими ощущениями от первой недели показа «Раненого ангела» на родине.

Эти записи, которые я представляю вашему вниманию, сделаны в течение короткого времени в кофейне… Смысла и необходимости в красивости текста нет. Несложно развернуть рефлексию в духе Марселя Пруста, только на это у меня нет времени и это не мое занятие в жизни. Я – кинорежиссер. Я снял две картины. И хочу снять еще много…
В этом дневнике я хочу бегло пробежаться по некоторым моментам ради тех, кто неравнодушен к тому, что я делаю. Со дня премьеры я получил очень много писем с вопросами. Писали в основном те, кому фильм понравился. Но я знаю, что есть зрители, совершенно не принявшие мой второй фильм. С первого дня проката я получал отчет по посещаемости. В этом дневнике читатель может увидеть вещи такими, какими они являются на самом деле.

13 мая. Казахстанская премьера. 380 зрителей.
В первые секунды после начала заключительных титров в зале врубают свет. (Валите, друзья, «Мстители-3» закончились!) Мысль о том, что в зале сидит съемочная группа и что это премьерный показ никому не приходит. Ни в одной стране мира я такого не видел. Я расстроен. Выхожу и на фоне экрана, по которому продолжают идти титры, представляю свою команду.

Прокат "Раненого ангела": казахстанский зритель огорчает 1

14 мая. 24 зрителя.
Люди любят «шум»… В первый день проката на моей картине сидят 24 человека, а завтра все заявят, что проката не было. Прокат «Уроков гармонии» в «Армане» и «Цезаре» длился три недели, но спустя месяц мне сказали, что проката не было, потому что я снимаю диссидентское кино. Людям нужны опальные герои. Мне таким быть неинтересно. Даже если это почетно и помогает заручиться поддержкой различных СМИ.
Я не хочу сгущать красок вокруг своего кино… и смотрю на вещи прозрачно. Без страха и гиперболы больного воображения. Я «сражаюсь» с аморфным «Казахфильмом»: требую выпустить DVD «Уроков гармонии», прошу не затягивать с премьерой и прокатом моей новой картины. Кое-как мне удается это сделать. А людям в конечном итоге интересен другой вопрос: почему картина не выходит в широкий прокат. Кинозал одного «Армана» не может собрать достаточную аудиторию, а у меня спрашивают про «Кинопарк».

Да, на «Уроках» и на «Раненом» не было и не будет рекламы. Не ждите рекламы, если это арт-кино производства «Казахфильм». У студии на это нет ни средств, ни желания, ни страха «провалить» картину.
Кому-то не нравится, что я не раскрываю смысл, заложенный в фильм или отдельную сцену. Некоторые так и норовят сказать, что автор сам не знает, чего хочет. Но дело в том, что я слишком уважаю свою аудиторию и не хочу отнимать у нее возможность самостоятельно интерпретировать увиденное. Безусловно, я закладываю в корпус своего произведения определенные мысли, посвящаю этому много времени, но желания пересказывать потом фильм у меня совершенно нет. Фильм должен сам постоять за себя. Я могу сказать о нем пару слов, но на тупые вопросы, что я хотел этим сказать, отвечать никогда не стану. Автор может указать дверь, но ключ зритель находит сам. Зритель трудолюбивый.
Художественный образ, заложенный в произведение, работает как интернет: модем одного человека ловит его в один сигнал, а другого – в пять… Когда я смотрю позднего Тарковского, я понимаю, что его «интернет» силен, но мой модем не улавливает все его сигналы. Я чувствую это нутром и честно признаюсь себе в этом. Хотя искушение сказать, что это «затянутое говно и рефлексия» велико.
Поэтому, когда 10 человек говорят, что ты сделал плохое кино, а один из них говорит, что это круто и он тебя полностью понял, невольно возникает вопрос: почему ты должен предавать этого человека?
И зачем слушать других?

Прокат "Раненого ангела": казахстанский зритель огорчает 2

15 мая. 26 зрителей. Казахстанской пресса в основном восприняла мой второй фильм негативно. Я этого ожидал, поэтому не стал тянуть с премьерой и организовал ее, когда фестивальная жизнь фильма только началась. Впереди «Раненого ангела» ждет много показов в мире. То есть в отличие от «Уроков» я представил «Раненого ангела» нашему зрителю беззащитным. У меня спрашивают, как я отношусь к тому, что пресса восприняла мой новый фильм прохладно. Пресса какая? Прокат, который сейчас идет в Париже, не оставляет французские издания равнодушными. И на этом фоне «наши» меня только улыбают. Французская пресса влияет на поддержку моих проектов различными международными фондами. Поэтому в целом я очень рад. И доказывать кому-то что-то бессмысленно.
Расстраивает одно: на сеансах мало людей.
Иногда мне сложно понять наших. Кто-то из журналистов подходит к моей команде после пресс-конференции, любезно ведет разговор, затем говорит, что «не все понял и что фильм надо бы пересмотреть». Но почему-то в тот же вечер пишет, что новеллы прямолинейны и желания искать в них смысл нет.
К сожалению, есть зрители, не имеющие своего мнения. Они идут в зал, «заправленные» чужим, и смотрят кино через его призму. Им нужны индикаторы. Без компаса авторитетного мнения или «Серебряного медведя» они теряются в оценках. Меньше всего меня интересуют такие зрители. Это зрители слабые духом. Самые недолговечные зрители в арт-кино. Завтра будет другая тусовка, и их «унесет» туда.

20 мая. 3 зрителя.
Ясное небо. Вышло солнце. У меня маленький катарсис. Я сижу на «летнике» кафе. Прошла неделя после премьерного показа фильма. Мне почти все равно, сколько людей сидят на моем кино.
Хочется молчать… и думать о новом фильме.
Про любовь.

Дневники полностью можно прочитать на сайте Esquire.kz.

Читайте также
подписка на рассылку
нет, спасибо

Закрыть через: